А.Б. Хохлова, к.п.н., доцент

кафедры теологии и религиоведения

Курского государственного университета

 

Методология теоретического поиска Феофана Затворника

Чтобы исследовать антрополого-педагогическую систему, созданную трудами Феофана Затворника, прежде всего надо понять методологию его учения, которая существенно отличается от общепринятого способа теоретизирования в системе гуманитарного знания Нового времени. В западноевропейской гуманитарной мысли исходной точкой теоретизирования является человек. В этом российская гуманитарная мысль принципиально схожа с западноевропейской.

 В этой связи, может быть, самым показательным является учение о нравственности В.С. Соловьева, в котором исследуются процессы нравственного развития человека.  Его учение исходит из предпосылки существования трех уровней нравственных отношений человека к миру: отношение к низшему, отношение к равному и отношение к высшему (Богу) [1].  Причем отношение человека к Богу здесь занимает высшее положение. Если нет последнего отношения, то вся система В.С. Соловьева теряет свой смысл. Итак, человек творит себя в своем отношении к природе, другому человеку и Богу.

Принципиальное же отличие учения Феофана Затворника состоит в том, что в построении своей концепции он исходит не просто из понимания сущности человека, устроения человека, его архитектоники, его развития и его отношения к миру, но оно сопряжено из двух принципиально разных исходных оснований. С одной стороны, оно есть учение о промыслительном устроении Богом жизни человека, а с другой – оно есть учение о том, как человек, в процессе своей жизнедеятельности формирует себя: святитель так формулирует этот исходный пункт своего учения: «Так как человеку нельзя спастись без Бога, а Богу нельзя спасти человека без человека, то христианская вера учит с одной стороны тому, что Бог сделал для спасения человека, с другой — тому, что должен делать сам человек, чтобы улучить спасение» [2,с.5].

Можно ли назвать такой подход неверным? Безусловно, нет. По сути дела, на аналогичном подходе строится вся философия Г.В.Ф. Гегеля.  Его учение о логике – это не учение о способах оперирования человеком формальными понятиями, содержащимися в его голове, а целостное учение о мире, где логика выступает в трех ипостасях. Во-первых, мир логики Гегеля – это Абсолют, творящий мир логических категорий, собственно «Наука логики» [3]. Во-вторых, далее Абсолют творит природу и социум вместе с культурой, где логика – это движение человеческого «духа», то есть «мышления», в его историческом развитии. В-третьих, логика – это высшее выражение философии в ее высших логических понятиях и категориях.

Хотя Феофан Затворник использует подход близкий к гегелевскому, содержание его учения сущностно отличается от гегелевского с самого начала.  Если для Гегеля исходным является мыслящий и творящий в категориях  (понятиях) Абсолют, то для Феофана Затворника  исходным началом является Бог, творящий мир: духовный (ангельский) и материальный.

Размышляя об исходной точке развития мира, Феофан Затворник подверг критике широко бытовавший в его время взгляд, что началом мира является природа, что «все от природы» [4, с.24]. Он доказывает, что ни природа в целом, ни одна часть ее не может быть «чем-то всепроникающим, всеобъемлющим, невидимым среди видимого» [там же]. Поэтому «позитивисты волей-неволей должны допустить созерцание очень отвлеченное и идеальное» [4, с.24]. Он продолжает: «Если же представим, как велико произведение природы, как все устроено ею премудро и целесообразно, то к указанным свойствам ее нужно будет добавить, что она всемощна, премудра, блага и праведна. Другими словами, это будет Бог, то есть то, что позитивисты познавать не хотят и даже выговорить боятся» [4,с.25].

Согласно Феофану Затворнику Бог творит сначала мир духовный – мир ангельский.

После творения духовного мира Бог творит мир материальный, где высшим актом творения является человек, которого Господь создает по Своему образу и подобию. Феофан Затворник замечает, что это относится и к духовной стороне человека. Человек, сотворенный по образу и подобию Божию, был сотворен Богом прежде всего свободным существом.

Главное в правильном духовно-нравственном развитии – определение цели жизни человека. Этот вопрос по-разному решался в истории человечества: в философии, в науке; неоднозначно решается и каждым человеком.Феофан Затворник, исследуя этот вопрос,  принципиально расходится с европейской философской мыслью, утверждающей, что истинной целью жизни человека является сам человек, развитие всех его сил и способностей. Он пишет: «Далеки от истины те, кои поставляют последнею целию человека самого же человека, какими бы пышными названиями они ни украшали ее, развитием, например, духовных сил или стремлением к усовершенствованию. При такой цели люди разъединяются заботою только о себе и привыкают все обращать в средство, не исключая даже и Самого Бога, тогда как на самом деле человек, как и все сотворенное, есть средство в деснице Божией для целей Его Божественного-Промысла» [2,с.37].

В то же время, Феофан Затворник считает принципиально неверным подход, согласно которому истинной целью жизни человека является благо общественное: «даже и в том смысле, что вся забота его должна быть обращена на благосостояние общества. Содействовать общему благу есть беспрекословно долг человека, но не первый и не исключительный. Если поставить это первым долгом, то всякий человек мысль и сердце обратит на других, а не к Богу, и, следовательно, все в совокупности составят общество людей, сомкнутых в себе, но душою отторгнутых от Бога. Это будет тело без главы» [2,с.37].

Но может быть человек может обойтись вообще без всякой цели? Святитель возражает: «Твари неразумные достигают своего назначения, сами не зная того, по самой природе или устройству своему». Напротив, «человек — тварь разумно-свободная», и поэтому он «должен сам сознать свою цель, познать путь, ведущий к ней, и свободно определить себя идти неуклонно сим путем, чтобы достигнуть цели и осуществить свое назначение» [2,с.38].

Тогда какова же цель жизни человека на земле? Феофан Затворник полагает: «В этом-то живом, внутреннем, непосредственном общении Бога с человеком и человека с Богом и есть его последняя цель» [2,с.34]. В другом месте он пишет: «Последняя цель человека — в Боге, в общении или живом союзе с Богом. Созданный по образу и подобию Божию человек по самой природе своей есть некоторым образом Божеского рода. Будучи же рода Божия, он не может не искать общения с Богом не только как со своим началом и первообразом, но и как с верховным благом. Потому-то сердце наше и бывает довольно только тогда, когда обладает Богом и бывает обладаемо от Бога. Ничто, кроме Бога, не успокаивает его» [2,с.33]. При этом,  «при Богообщении все люди, сходясь в сей единой цели, не мысленно только, но самым делом соединяются, и все, единым духом и единою силою преисполняясь, составляют единое, живое и стройное тело. Под этим только условием и может созидаться истинный и надежный союз между людьми» [2,с.37].

Однако в результате грехопадения человек отпал от Бога. Последствия грехопадения отразились на всем мире, всей природе: «Все наше бытие несет на себе печать катастрофы космических масштабов, Которую Церковь называет грехопадением» [5,с.30]. Но самые роковые последствия грехопадение имело для человека и потому, что человек, рожденный для жизни вечной, теперь был осужден на физическую и духовную, то есть вечную смерть, и потому, что произошло «повреждение и расстройство естества человека грехом» [2,с.11]. Анализируя текст послания апостола Павла к ефессянам, Феофан Затворник следующим образом изображает состояние души всякого человека, отпавшего от Бога: человек пребывает в «суете ума», т.е. в призрачных, фантастических умственных построениях, возводя «воздушные замки», не имеющие реальной основы; человек болен «окаменением сердца», т.е. бессердечием и нечувствием, безразличием к страданиям и нуждам окружающих; он в полной мере предан буйству страстей и увлечен безграничными желаниями воли.

 Потрясение человека в результате грехопадения было настолько велико, что преодолеть его последствия своими силами человек уже не мог и не может. Это можно сделать только посредством Бога, поскольку для человека «снятие с нас клятвы законной и возвращение нам Божия благоволения» и «оживотворение нас, умерщвленных грехом, или дарование нам новой жизни» [2,с.11] невозможно.

 А Богу это можно сделать только посредством жертвы. Феофан Затворник доказывает: «Какая же это жертва? В чем она? И как может явиться с такою безмерною силою умилостивления?» – спрашивает Феофан Затворник. И отвечает: «Жертва сия есть смерть — и смерть человека. Она вначале определена правдою Божией в казнь за грех; ее предлагает Богу и кающийся грешник, вопия: возьми жизнь, только помилуй и спаси, хотя тут же чувствует, что его смерть не сильна спасти его» [2,с.13]. Поэтому для спасения человека нужна жертва самого Бога: «Загладить вину рода человеческого принесением подобающей жертвы и восполнить недостаток правды его могут только смерть и богатство правды Богочеловека. Следовательно, оправдание рода человеческого невозможно без воплощения Бога» [2,с.22]. Благодаря этой жертве: «новое человечество через нового родоначальника и главу имеет назначение восстановить в себе сие потерянное единение. Потому человеческое естество в сем родоначальнике, оставаясь человеческим, не должно принадлежать себе, но иному лицу, всюду сущему, все содержащему и вечному, чтобы соединять в Себе людей всех времен и мест, блюсти их и направлять к последнему концу, с подчинением требованиям сего конца и всех других тварей, сущих в мире» [2,с.25].

Следовательно, спасение каждого человека возможно только благодаря Спасителю: «Оно предначертано от века… От Него пошли христианская жизнь и спасение, и Им устроено и подается все потребное для сего. Все сие и есть воплощенное домостроительство [2,с.9]. Именно поэтому христианин должен всегда пребывать во Иисусе Христе, поэтому те, «кои придумывают некоторую философскую добродетель, то есть делание добра без помышления о Боге, делают худо и мечтательно: ибо что за добродетель вне Бога? Так как без общения с Богом добродетель не добродетель, а общение сие возможно только через Господа нашего Иисуса Христа, то следует, что вне христианства нет истинно доброй жизни» [2,с.118].

Спаситель, взявший путем своей крестной смерти грехи мира за все человечество, и давший возможность спасения каждому человеку, создает на земле свою Церковь, которая является абсолютно необходимым условием спасения, потому что только в ней действует Дух Божий.

Феофан Затворник характеризует Церковь следующим образом: «Церковь есть лоно матернее, зачинающее, образующее, возрастающее и совершающее каждого христианина: как в лоне природы разные твари засеменяются, прорастают, растут, вырастают и плодоносят во славу Божию. Как нет жизни и живых существ вне природы, так вне Церкви нет духовной жизни и духовно живущих лиц. Почему быть в Церкви, в живом с нею сочетании и союзе есть неотложное условие для желающих жить духом и в христианской преуспевать жизни» [2,с.32]. Далее Феофан Затворник доказывает, что «Вне Церкви нет истинно добродетельной жизни: ибо к тем, кои вне ее, не проходит Божия сила, и около них нет воспитательной атмосферы и воспитательной мудрости» [2,с.123].

Таким образом, спасение человека предполагает участие в его спасении Бога во всех трех Лицах: «Вспомни домостроительство спасения, как Единородный Сын Божий ради тебя пришел на землю, воплотился, страдал, умер, воскрес, вознесся на небо и сидит одесную Отца и там ходатайствует о тебе, и блюдись оказаться неблагодарным. Вспомни также, как Дух Святой сошел на апостолов и, через них учредивши Церковь Святую, выну пребывает в ней, чтобы приводить верующих ко Христу, и как тебе самому сообщен Он в таинствах, и блюдись оскорбить Его нечистотою» [2,с.84].

Вместе с тем, чтобы стало возможным спасение человека необходима и собственная устремленность человека навстречу к Богу, необходим сложный процесс духовно-нравственного развития человека, требующий постоянного духовного и нравственного напряжения всех сил человека и самого напряженного его труда. Только в этом случае «удивительным образом изменяется состояние внутреннего мира человека», обратившегося к Богу, у него формируется «полнота внутренних совершенств». А именно, «происходит обновление сердца, изменение ума, преображение воли. Таким образом, в человеке совместно и единовременно «обновляются все силы его существа» [2,с.198].

Таким образом,исследование методологии теоретического поиска Феофана Затворника позволяет нам лучше понять в том числе и его антропологию. Поскольку для святителя Феофана учение о развитии человека, во-первых, есть, прежде всего учение о человеке, его бытии и смысле его бытия, а уже затем, есть учение о вере. В этом смысле его учение, подобно учениям других великих мыслителей, решавших коренные вопросы сущности, устроения и бытия человека как такового, а в рамках этого решения, вопрос о коренном исходном отношении человека к миру, есть учение о человеке, его бытии и смысле его бытия, а уже затем,  определение исходного отношения к миру. Если для большинства европейских мыслителей таким отношением являлось теоретико-познавательное отношение, для некоторых – материальное, то для Феофана Затворника таким исходным отношением выступает духовное отношение, отношение к Богу. А уже в контексте духовного начала раскрывается и нравственное отношение, которое Феофан Затворник понимает не только как собственно нравственное отношение, но и как деятельное отношение вообще. Поэтому главный труд святителя, где наиболее полно представлена его система, – «Начертание христианского нравоучения» следует понимать не только как учение о духовности и нравственности в собственном смысле, хотя анализу этих явлений оно и посвящено, но как учение о целостной жизни человека, как учение о жизни человека вообще, по слову святителя Феофана: «Как в жизни вера и дела по вере входят друг в друга, переплетаются и взаимно друг другу содействуют, так и в учении — вероучение и нравоучение не должны терять друг друга из виду» [2,с.6].

 

 

Литература:

1.      Соловьев В.С. Оправдание добра. – М.: Институт русской цивилизации, 2012. – 656 с.

2.      Феофан (Говоров Г.В.), затворник Вышенский. Начертание христианского нравоучения. – М.: Правило веры, 1998. – 522 с.

3.      Гегель Г.В.Ф. Наука логики. В 3-х т. Т.1. – М.: «Мысль», 1970. – 501с.

4.      Феофан (Говоров Г.В.), затворник Вышенский. Созерцание и размышление. – М.: Правило веры, 2003. – 640 с.

5.     Худиев, С. Краткая история творения или зачем Бог меня сотворил? – Фома. - №8(100). – 2011. – С.29-33.