Клирик храма св. влмч. Пантелеимона г. Краснодара,

преподаватель Екатеринодарской духовной семинарии,

иерей Андрей Кретов

 

Литургический аспект избранных мест писем апостола Павла в экзегетических трудах святителя Феофана Затворника.

 

Наследие святителя Феофана (Говорова) являет нам образец богатейшего кругозора, соединённого  с незаурядной глубиной мысли исследователя в той или иной области. Нам святой открывается как восхитительный аскет(в своих произведениях на нравственные темы) , пастырь, отец и собеседник(в своих проповедях и письмах), как переводчик. Немаловажным деланием святителя является экзегеза Священного Писания, как Ветхого так и Нового Заветов. Однако, особой глубиной и оригинальностью отличаются его толкование на послания апостола Павла. Этим трудам святителя посвящено исследование иеромонаха Иринея (Пиковского) «Толкование посланий святого апостола Павла святителем Феофаном Затворником», в котором дается тонкая характеристика экзегезы Затворника: «А святитель Феофан погружается в сам текст Павловых Посланий, постепенно развязывает кажущуюся запутанность выражений и свивает из высоких идей Павлова богословия простые нравственные императивы для рядовых читателей. Возможно поэтому многочисленные переиздания пространных толкований святителя и до наших дней пользуются спросом среди огромной массы церковного люда, в то время как сложные труды Глубоковского и по сей день остаются уделом лишь незначительной группы академических ученых...»[1]

Соединяя эту мысль, с осознанием богоустановленности (чаще всего зафиксированной в Библии) богослужебного предания Церкви, о чем пишет сам святитель, в исследовании литургического наследия преосвященного Феофана мы обращаемся к истолкованию избранных мест писем апостола Павла.

Наиболее полно учение о Таинствах Церкви раскрывается в посланиях к Ефесянам, Римлянам и Коринфянам. Именно в этих тестах мы находим раскрытие Таинства крещения (святитель часто соединял его с Таинством миропомазания) как сораспятия, спогребения и усыновления. Именно  в первом послании к Коринфяном мы находим Павлово описание совершения Тайной вечери.

Следует сказать пару слов о характере толкования посланий. Святой делает четкое построение своего текста: анализируя мысли отдельных толкований (часто Иоанн Златоуст, Феодорит Кирский, Фотий и т. д.) он синтезирует особый текст, понятный для современников. Но это не значит, что оригинальность заканчивается на синтезе, систематизации и унификации. Часто преосвященный выражает личный опыт духовного взора на Библию ( не выходя за контекст исагогики), а иногда делает нравоучительные выводы.

Для начала мы увидим, как святитель Феофан вообще смотрел на Таинства. Далее перейдем к каждому из «совершительных» Таинств в отдельности: о Крещении, Миропоазании, Евхаристии, Покаянии. В завершении исследуем вопрос о Церковном собрании.

1.     О Таинствах.

Подходя к общеродовому понятию «Таинства», мы сталкиваемся с первой проблемой.

Есть два контекста использования этого термина:

а. «Как Апостол, слышавший на небе глаголы и видевший там вещи, не мог передать того словом, так бывает и со всеми христианами созерцателями. Умом их, в таинстве спасения, многое зрится, чего не в силах они выразить словом»[2];

б. «От них слово истины, от них и благодать Духа, чрез учрежденные ими таинства подаемого и чрез все другие чины и порядки церковные возгреваемого»[3];

Таким образом мы видим, что Таинство у нас одно – Таинство спасения, однако сочетаемся с этим Таинством мы в конкретных чинах и порядках Церковных, которые в следствии своего целеполагания называются также Таинства.

Их действия – соединение Бога(субъект) с человеком(объект). Так емко говорит об этом святитель: «Сочетание с Господом совершается чрез таинства»[4], в которых человеку ниспосылается вся благодать сполна.

Участие в Таинствах открывает тайну единения – единение в духовной жизни т. к. «рождены единою благодатию Святого Духа о Христе Иисусе от единой матерней утробы — святой купели; напоены едиными водами благодатных даров из единого источника — Миропомазания; омываемся в единой бане — в слезных водах Таинства Покаяния; питаемся единою нетленною пищею от единой Трапезы, — Таинства Пречистого Тела и Крови Господа»[5].

Интересно Затворник выделяет в отдельную группу Таинства начальные – крещение и миропомазание. Так же крещение, миропомазание и причастие  «божественные таинства сии и назывались совершительными, ибо совершали христианина»[6].

2.     Крещение.

Таинство Крещения – самая животрепещущая тема для владыки. Например в послании к ефесянам о Крещении говорится около 70 раз, Евхаристии 7, Миропомазании 12. Тоже самое прослеживается и в остальных исследованных толкованиях. Говря о Христологическом аспекте крещения, святитель употребляет интересное выражение: «…верующие, крещением втелесяемые Христу…»[7]. Также выражается характер этого единения как сострадание со Христом («Заподлинно они удостоверялись в сей силе и премудрости, когда в крещении спогребались Распятому Господу, и вкушали спасительность креста»[8]). Пневматологический аспект расрывает тайну Троицы, когда в крещении единение со Христом происходит благодатью Святаго Духа, а с через Него и с Отцом. Интересны плоды Крещения для человека или антропологический аспект. Умирая со Христом, человек умирает для грехов, но и совоскресает со Христом исполняясь святости, которая имеет выражение в физическом мире – исполнение светом. Однако Затворник поясняет: « но надо при сем иметь в мысли, что в сем умертвии греху чрез крещение ничего не бывает механически, а все совершается с участием нравственно свободных решимостей самого человека»[9]. Эмпирически это выражается в отрицании от сатаны и сочетании со Христом. Все это приводит человека к особому соотенесению с Богом, чуткости совести и ненависти ко греху.

Крещение, по мысли святителя следующим образом соединяет человека с Таинством спасения: «Кровь Христова, по силе своей, уже очистила грехи всего мира; но всякий лично соделывается очищенным ею, когда верою восприемлет на себя окропление или орошение кровию Христовою. Таинственно сие совершается в водной купели крещения, и после — в слезной купели покаяния»[10].

Может показаться, что эта достаточно строгая система является искуственным синтезом разных отрывков толкования, и связанно с направленностью апостольских посланий. Отчасти это так, но мы находим место, где преосвященный выражает это учение наиболее полно: «Самое содержание сих текстов понятно. Господь предал Себя за Церковь, благоволив понести крестную смерть. Предал Себя так Господь, да освятит Церковь, — или всех верующих чрез освящение каждого христианина. Каким образом? — Очистив банею водною в глаголе, то есть святым крещением, в коем с погружением в воду троекратным произносятся слова: во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Это видимые действия святого крещения. Невидимо же при сем крещаемый погружается в смерть Христову, получает отпущение грехов и совсем умирает греховной жизни, а, выникая из воды, приобщается силы воскресения Христова и возрождается к новой духовной святой жизни. Крещеный, не именем только, но существенно, чист и свят. Это делается с каждым, следовательно, со всеми приступающими к Господу, со всею Церковию. Вся Церковь свята, прошедши чрез очистительную и освятительную баню пакибытия. Да представит ю Себе. Сими словами показывается, для чего так учреждено, чтобы всем проходить чрез купель крещения»[11].

Толкуя слова первого послание Коринфяном «И аз, братие, не могох вам глаголати яко духовным, но яко плотяным, яко младенцем о Христе» (1 Кор. 3:2) святитель Феофан, раскрывает мысль о Крещении как начатке духовной жизни, который утверждается в следующем Таинстве: Миропомазании.

3.     Миропомазание.

Особенностью толкования святителя является связь Таинства Крещения с Миропомазанием. Очень редко упоминается Миропомазание отдельно. Так же святитель учитывает особенности исагогики и исторической литургики – первые века христианства характеризуются отсутствием Миропомазания, Дары Святаго Духа ниспосылались через возложение рук («Апостолы приняли Его в день Пятидесятницы. От них потом приняли Его и все верующие чрез возложение рук (миропомазание). Так началось, так и доселе есть. В каких общинах нет сего таинства, там нет и Духа Божия. Если без Духа Божия нет ведения христианства истинного, то следствие очевидно. Говорить можно, но не в наученных Духа»[12]). Если в Крещении человек принимает начатки спасения, благодать Святаго Духа, то в миропомазании мы утверждаемся в спасении, принимаем дары Самого Духа («В сем таинстве подаются дары Святого Духа, что и есть напоение Духом»[13]), становимся христовыми и даже Самим Христом. «Приять Духа и, силою Его побеждая страсти, жить потом свято по заповедям, в надежде блаженной жизни в вечности и освящение»[14].

4.     Таинство Тела и Крови.

Терминологической особенностью святителя Феофана Затворника является обозначение Таинства Евхаристии через Таинство Тела и Крови, которое использует в своей экзегезе святитель Иоанн Златоуст. В послании Коринфяном, следуя апостолу Павлу утверждает Тайну Тела и Крови:

А. Она Богоустановлена.

Б. Она прообразует Ветхозаветные Жертвы («Сила слова, что мы вступаем в общение тела и крови Господа; но тут же утверждаются и обе догматические истины о таинстве Евхаристии, первая — что в сем таинстве приносится жертва, и вторая, что хлеб и вино пресуществляются в тело и кровь Господа»[15]).

В. В Ней явлены истинное Тело и Кровь Христа.

Г. Она имеет вневремнный характер («Это есть Тело Мое, «за вы ломимое», не будет за вы ломимо, а ломимо есть, означая тем непрерывность ломления и непрестанность жертвы Тела. — Оно жертва за весь человеческий род»[16]).

Д. Принесена за всех.

Е. В ней происходит единение со Христом, а через Него с Богом Отцом («в святом Причащении сподобляемся того, что Он в нас пребывает и мы в Нем, — соделываемся едино с Господом. А Он Едино есть с Богом Отцом. И произошла таким образом богоблагодатная цепь единения: мы едино с Господом Иисусом Христом, Он Едино с Богом Отцом, а чрез Него и мы»).

Ж. В ней мы соединяемся друг-другу(«Что точно принятие Таин Христовых есть общение тела Его и крови, это, хотя для всех христиан и очевидное, и несомненное, счел Апостол нужным пояснить, или и доказать, представляя в подтверждение того наглядное дело, то, что все причащающиеся, которых много, составляют одно тело, и тело Христово»).

З. Таинство Тела И крови Христовой – есть приятие обильнейших притоков благодати («Какая мысль в словах: исполняйтеся Духом? — Дух благодати обитает в христианах со времени крещения и миропомазания. А приступание к таинствам покаяния и причащения не есть ли приятие обильнейших притоков благодати?»[17]).

И. Таинство Тела и Крови Христовой – возвещание Его смерти («Этим торжественным действием всем возвещаете о смерти Господа, именно, что был на земле Господь, Бог воплотившийся, Который умер на кресте грех ради наших. Не вера, не слово возвещает о сем, а причащение Тела и Крови, без слова, гласно говорит о сем всем»[18]).

К. Кто не достойно причащается виновен в Его смерти и приемлет наказание, которое может быть отложено до времени(«Темже» — ωςε — так что. Откуда вывод? — Из существа таинства. Хлеб сей есть Тело Господне, и чаша сия содержит Кровь Господню, истинные, а не вместообразные истинным. Посему кто недостойно причащается их, тот «повинен Телу и Крови Господним». Что значит эта повинность? — То, что он убивает Господа и проливает кровь Его»[19]).

В сущности святитель выражает смысл Евхаристии в противопоставлении Ветхозаветной жертвы – Новозаветной жертве: «Смысл ветхозаветного кропления был: не исполнишь закона, своею кровию заплатишь за неисполнение. Смысл чаши нового завета есть, хоть бы мне пришлось всю кровь свою пролить, не отступлю от Тебя и заповедей Твоих, Господи. Как Господь ради нас пролил кровь Свою, так мы должны быть готовы пролить за Него свою. В этом существо нового завета. На наше решение жертвовать жизнию за Господа и веру в Него и заповеди Его, животворящая Кровь Господа нисходит внутрь, как очистительная и освятительная сила. Пиющие ее не страх смерти на себя приемлют, а воодушевлением благодатным исполняются, готовым на все святые дела и все лишения и скорби»[20].

Таким образом, как и в Таинстве Крещения мы видим строго разработанную систему отношений, которая не является искусственно синтезированной. В ней отражена полнота, простота и гармония Тайны Тела и Крови, которое есть соединение с главной Тайной – Тайной спасения.

5.     Покаяние.

Покаяние как одно из совершительных Таинств вместе с Причастием являет нам обильнейшее приятие притоков благодати и не просто восприятие благодати, но  срастворение и даже сочетания во едино человеческой души и Христа. Очень глубоко рассматривает очищение раскаивающего грешника: «На суд хотя все предстанут, но осуждению подпадут только нераскаянные. Раскаяние извергает худое из души; потому хоть и значится сие худое за человеком, но не носится им в себе самом. Раскаянный предстанет на суд не имеющим в себе зла; а как быть с тем злом, которое записано за ним? Это решит милость Божия. Веруем, впрочем, что слезы покаяния изглаждают и ту запись, силою Таинства Покаяния, по благодати Господа нашего Иисуса Христа». Все эти действия находят отклик в сердце человеческом и теперь действует его воля, которая освятившись, становится живо соотнесена к Богу: «Как чутка его совесть, как верно оценивает он все настоящее и, минуя его, зрит чаянием только невидимое будущее»[21]. Человек принимает решимость не жить по духу века сего. Это все ведет к внутренним переменам человека. Святитель Феофан дает нравственный совет как ответ на действие благодати: «Итак, памятию о прощении нам неоплатных долгов во Христе Иисусе, — в крещении или покаянии, с соответственным размышлением принуждай себя прощать, и благодать Божия поможет тебе взойти в состояние не раздражаться ничем от сопротивных и все покрывать благосердием и кротостию»[22]. Исполнив все это со тщанием, человек получает святость, как содействие Божественной благодати и доброй воли человека.

6.     Богослужение.

Отдель следует выделить отношения святителя к богослужениям, Таинствам, иным чинопоследованиям и церковным собраниям. Церковные собрания во главе с предстаятелям носят характер предания: уже апостолы так собирались и поставляли предстоятелей для многих городов. «Храмов пока не было; собирались в домах. Если общество верующих было велико, то собирались не в одном доме. Для каждого такого собрания был особый предстоятель с полною властию предстоятельства. Это было зачало многих приходов в одном месте жительства — городе, местечке или большом селе»[23].

Особый интерес представляет истолкование святителя Феофана на слова апостола Павла: «Глаголюще себе во псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви» (Еф. 5:19). Пение, по святителю Феофану, должно приводить человека к исполнению Духом «непрестанно песнословя Бога, углубляясь в самих себя и возбуждая всегда помысл»[24], а не наоборот, когда одухотворенность ведет к пению. И тогда на первое место становится не благозвучие, а содержание поемого в церквях. «Таково именно и есть назначение церковных песней, чтоб посредством их возгревать и раздувать кроющуюся в нас искру благодати. Искру сию дают таинства. Чтобы раздуть ее и превратить в пламень, для этого введены псалмы, пения (гимны) и песни (оды) духовные. Они действуют на искру благодати так же, как ветер на искру, внедрившуюся в горючее вещество»[25]. Именно песни церковные указует святой апостол в псалмах, пениях и песнях, так как их положено исполнять друг другу. Эти песни должны быть духовными т. е. содержательны и духодвижны. Второе требование к пеням – исполнение не  только языком но и сердцем.

Все богоустановленные таинства, чины и порядки ведут к возгреванию Духа, и эти порядки необходимо сохранять со страхом. Страшно пишет по этому поводу святитель: «Ничего тут трогать нельзя, в намерении изменить или отменить: иначе разоришь Церковь. И учение и учреждения апостольские неприкосновенны»[26].

Выводы.

Рассмотрев экзегетические труды святителя Феофана на предмет литургической тематики, мы еще раз убедились в глубине подхода преосвященного владыки. Ставя целью нравственное возрастание народа Божьего, он полагал в основание богословие Церковное. Так, сораспятие со Христом в Крещении он основал на единении с Ним в этом Таинстве. Плоды покаяния приводят к святости каждого человека. Теоцентричная литургико-богословская система являет главное Таинство спасения человека, совершенное Христом, которого послал Отец и усвоенное в Святом Духе, является в конкретных церковных чинах и Таинствах.

         Закончить выступление хотелось бы цитатой святителя Феофана: «Псалмы, гимны, оды предполагают преимущественно богохваление — изображение бесконечных совершенств Бога, в Троице поклоняемаго, и необъятных Его дел творения, промышления, искупления и чаемого совершения всяческих. Но войди в созерцание всего этого, увидишь, что главным предметом Божеских попечений был, и есть, и будет человек, высоко поставленный в творении, глубоко ниспадший в падении и превысоко подъемлемый в восстановлении; что сие благо восстановления уже в действии и что причастниками его сделаны те самые, которые поют, не призваны только к тому, но и вкушают уже плоды его. Отсюда само собою исходит благодарение, благодарение о имени Господа нашего Иисуса Христа, всех спасшего и каждого спасающего, благодарение Богу и Отцу, Коему по домостроительству спасения усыновляемся, не именословно, но существенно, становясь едино с Господом и возрождаясь благодатию Святого Духа»[27].

Список использованной литературы:

1.     Феофан (Говоров), свт. Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893.

2.     Феофан (Говоров), свт. Толкование первых восьми глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.

3.     Феофан (Говоров), свт. Толкование первого Послания святого апостола Павла к Коринфянам. Изд. 2–е. М., 1894.

4.     Феофан (Говоров), свт. Толкование 9–16 глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.

5.     Ириней (Пиковский), иеромонах Толкование посланий святого апостола Павла святителем Феофаном Затворником. [Электронный ресурс] // Научный богословский портал. URL: http://www.bogoslov.ru/en/text/561751.html.

 



[1] Ириней (Пиковский), иеромонах Толкование посланий святого апостола Павла святителем Феофаном Затворником. [Электронный ресурс] // Научный богословский портал. URL: http://www.bogoslov.ru/en/text/561751.html.

[2] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893.  с. 314.

[3] Там же,  с. 256

[4] Там же, с. 482.

[5] Феофан (Говоров), свт. Толкование 9–16 глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.С. 301.

[6] Феофан (Говоров), свт. Толкование первого Послания святого апостола Павла к Коринфянам. Изд. 2–е. М., 1894. С. 128.

[7] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 482.

[8] Там же, с. 161.

[9] Феофан (Говоров), свт. Толкование первых восьми глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.С. 440.

[10] Феофан (Говоров), свт. Толкование первых восьми глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.С. 309.

[11] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 545.

[12] Феофан (Говоров), свт. Толкование первого Послания святого апостола Павла к Коринфянам. Изд. 2–е. М., 1894. С. 142.

[13] Там же. С. 575.

[14] Там же. С. 117.

[15] Феофан (Говоров), свт. Толкование первого Послания святого апостола Павла к Коринфянам. Изд. 2–е. М., 1894. С. 464.

[16] Там же, с. 531.

[17] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 525.

[18] Феофан (Говоров), свт. Толкование первого Послания святого апостола Павла к Коринфянам. Изд. 2–е. М., 1894. С. 535.

[19] Там же, с. 536.

[20] Там же, с. 533.

[21] 1.         Феофан (Говоров), свт. Толкование первых восьми глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.С. 197.

[22] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 471.

[23] Феофан (Говоров), свт. Толкование 9–16 глав Послания святого апостола Павла к Римлянам. Изд. 2–е. М., 1890.С. 294.

[24] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 528.

[25] Там же, с. 529.

[26] Толкование Послания святого апостола Павла к Ефесеям. Изд. 2–е. М., 1893. С. 256.

[27] Там же, с. 531-532.